Стегура Диана Сергеевна, врач-рентгенолог, аспирант отдела лучевой диагностики
Москва
Stegura Diana Sergeevna, radiologist, Graduate student of the Department of Neuroradiology
Moscow
Коновалов Родион Николаевич, кандидат медицинских наук, врач-рентгенолог, старший научный сотрудник отдела лучевой диагностики
Москва
Konovalov Rodion Nikolaevich, Ph. D. Med., radiologist, Senior researcher, Department of Neuroradiology
Mosсow
Бердалина Ирина Александровна, статистик отдела подготовки кадров высшей квалификации Института медицинского образования и профессионального развития
Москва
Berdalina Irina Alexandrovna, Statistician, Department of Higher Qualification Training, Institute of Medical Education and Professional Development
Mosсow
Брюхов Василий Валерьевич, кандидат медицинских наук, врач-рентгенолог, старший научный сотрудник отдела лучевой диагностики
Москва
Bryukhov Vasiliy Valerievich, Ph. D. Med., radiologist, Senior researcher, Department of Neuroradiology
Mosсow
Кротенкова Марина Викторовна, доктор медицинских наук, главный научный сотрудник, доцент, врач-рентгенолог, руководитель отдела лучевой диагностики
Москва
Krotenkova Marina Viktorovna, M. D. Med., chief researcher, associate professor, radiologist, Head of Department of Neuroradiology
Mosсow
Магнитно-резонансная томография (МРТ) является способом подтверждения диагноза рассеянный склероз (РС), она позволяет проводить дифференциальную диагностику, отслеживать эффективность лечения, а также оценивать активность процесса при использовании контрастных средств. Безусловно Т1 взвешенные изображения являются золотым стандартом определения накопления контрастного средства в очагах демиелинизации. Однако в последние годы есть гипотеза о том, что применение режима Т2 FLAIR с контрастным усилением может увеличить диагностический потенциал в выявлении активных очагов при РС. В настоящей работе проведена оценка возможности применения постконтрастной визуализации в режиме Т2 FLAIR в диагностике рассеянного склероза.
Цель исследования. Оценить роль постконтрастной визуализации в режиме Т2 FLAIR в диагностике очагов демиелинизации в веществе головного мозга при рассеянном склерозе.
Материалы и методы. В исследование вошли 60 пациентов с рассеянным склерозом в возрасте 20–59 лет. МРТ проводилась на двух томографах: Siemens Magnetom Avanto (1,5 Тл, n = 30) и Siemens Magnetom Prisma (3,0 Тл, n = 30). Протокол включал стандартные режимы сканирования, а также T1 MPRAGE и T2 FLAIR до и после контрастирования гадобутролом (0,1 ммоль/кг).
Оценка контрастного усиления проводилась по индексу контрастности (ИК) до и после введения КС с последующим расчетом прироста интенсивности сигнала (ΔИК). Также было проведено сопоставление очагов контрастирования по типам накопления контрастно го средства в режимах Т1 MPRAGE и T2 FLAIR. Оценивалась возможность использования категориальной оценки накопления контрастного средства в режиме T2 FLAIR для прогнозирования наличия/отсутствия контрастного усиления в режиме Т1 MPRAGE, а также возможность использования ΔИК в режиме Т2 FLAIR для прогнозирования наличия/ отсутствия накопления в режиме Т1 MPRAGE.
Результаты. В исследование включены 60 пациентов с рассеянным склерозом, у которых было выявлено 132 очага демиелинизации по данным МРТ с контрастным усилением на томографах Siemens Magnetom Avanto (1,5 Тл) и Siemens Magnetom Prisma (3,0 Тл). Из них 35 очагов (26,5 %) накапливали контраст в режиме T1 MPRAGE, который считается золотым стандартом. При этом 16,5 % очагов демонстрировали накопление контраста в режиме T2 FLAIR, несмотря на его отсутствие в T1 MPRAGE.
Анализ показал, что накопление в режиме T2 FLAIR достоверно коррелировало с таковым в T1 MPRAGE (p < 0,001). Вычисление индекса контрастности (ИК) и его прироста (ΔИК) подтвердило различия между группами. Прогностическая способность режима T2 FLAIR при визуальной оценке для выявления очагов с накоплением в T1 MPRAGE составила: чувствительность — 94,3 %, специфичность — 83,5 %, точность — 86,4 %. ROC-анализ показал AUC (площадь под кривой) = 0,934 (95% ДИ: 0,875; 0,994), что свидетельствует о высокой диагностической ценности ΔИК в T2 FLAIR для предсказания накопления контраста в T1 MPRAGE.
Выводы. Включение режима Т2 FLAIR после введения контрастного средства в стандартный протокол МРТ-исследования пациентов является важным аспектом диагностики рассеянного склероза с целью получения дополнительной информации. Требуется дальнейшее изучение применения постконтрастной визуализации в режиме Т2 FLAIR и расширение оцениваемых показателей на большей когорте пациентов.
Magnetic resonance imaging (MRI) is one of the key tools for confirming the diagnosis of multiple sclerosis (MS). It also enables differential diagnosis, monitoring of treatment effectiveness, and assessment of disease activity using contrast agents. T1-weighted images are traditionally considered the gold standard for detecting contrast enhancement in demyelinating lesions. However, recent hypotheses suggest that post-contrast T2 FLAIR mode may increase the diagnostic yield in identifying active MS lesions. This study evaluates the potential of postcontrast T2 FLAIR imaging in the diagnosis of multiple sclerosis.
Aim. To assess the role of postcontrast T2 FLAIR imaging in detecting demyelinating lesions in the brain in patients with multiple sclerosis.
Materials and Methods. The study included 60 patients with multiple sclerosis aged 20– 59 years. MRI was performed on two scanners: Siemens Magnetom Avanto (1.5 T, n = 30) and Siemens Magnetom Prisma (3.0 T, n = 30). The protocol included standard modes, as well as T1 MPRAGE and T2 FLAIR before and after administration of gadobutrol (0.1 mmol/kg). Contrast enhancement was evaluated using the contrast index (CI) before and after contrast administration, followed by calculation of the signal intensity increase (ΔCI). Lesions were also compared based on the pattern of contrast accumulation in T1 MPRAGE and T2 FLAIR modes. The study further assessed whether visual contrast enhancement in T2 FLAIR could predict enhancement in T1 MPRAGE, and whether ΔCI in T2 FLAIR could be used as a predictive marker.
Results. A total of 132 demyelinating lesions were identified in 60 patients undergoing contrast-enhanced MRI. Of these, 35 lesions (26.5 %) showed enhancement in the T1 MPRAGE mode. Notably, 16.5 % of lesions showed enhancement in T2 FLAIR despite the absence of enhancement in T1 MPRAGE. There was a statistically significant correlation between enhancement in T2 FLAIR and T1 MPRAGE (p < 0.001). CI and ΔCI calculations confirmed intergroup differences. The diagnostic performance of T2 FLAIR visual analysis in predicting T1 MPRAGE enhancement showed a sensitivity of 94.3 %, specificity of 83.5 %, and accuracy of 86.4 %. ROC analysis revealed an AUC of 0.934 (95 % CI: 0.875–0.994), indicating excellent predictive ability of ΔCI in T2 FLAIR for contrast accumulation in T1 MPRAGE.
Conclusion. Incorporating post-contrast T2 FLAIR into standard MRI protocols for MS patients is a valuable diagnostic tool that may provide additional information. Further studies with larger cohorts are warranted to explore the full potential of post-contrast T2 FLAIR imaging in clinical practice.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.